Transcript · Russian → Spanish
Analysis of Ukraine-Russia Conflict Dynamics
En cualquier caso, eh… el desenlace está muy, muy cerca.
En cuatro años y medio, la economía
ha quedado muy dañada, devastada.
Hubo muchas oportunidades, recuerden, una-una oportunidad tras otra
de lograr una rápida victoria se desperdició.
Se lanzaban, mejor dicho, uno tras otro.
Y aunque ahora, eh, propiamente dicho,
Ucrania está en una situación difícil, sumamente, pero tiene apoyo externo
externo.
Recibirá 37.000 millones de dólares antes de que termine el año.
Cuenten octubre, noviembre y diciembre.
Pero la Federación Rusa no, por ahora ha perdido
sus propias reservas de divisas, y sus ingresos fiscales ya no bastan
para cubrirlo. En cualquier caso, ahora hay que
salir de la guerra, preferiblemente con una victoria,
porque— de lo contrario, de lo contrario, pues recibirás
ruinas o los restos de Sloviansk, Kramatorsk, pero tú
¿No luchas contra Ucrania, verdad? Ucrania solo tiene que destruirse contra la Federación Rusa.
Federación. Es una herramienta
en manos de un enemigo poderoso. Supuestamente luchas contra Europa, contra Occidente.
Y desde el punto de vista de Europa, todo está bien.
Había que enfrentar a los granrusos y a los malorrusos, y lo hicieron.
Impidieron que la parte más desarrollada de la próspera
y rica ex Ucrania, la RSS de Ucrania, la República Socialista Soviética
Ucraniana
se uniera a la Federación Rusa? No, no lo permitieron.
Allí, donde hasta ayer había muchísimas
empresas y ciudades, allí
ahora hay ruinas. Ya no es una fuente de fuerza, sino, en realidad,
un enorme gasto de reconstrucción. Eso es.
un enorme gasto de reconstrucción. Eso es.
Es decir, no solo no superaron las consecuencias del desmoronamiento
de la Unión Soviética, sino que las consolidaron, por lo visto.
Es decir, desde su punto de vista,
de ese, de ese mismo Occidente, contra el que en realidad luchamos a través de este
intermediario, a través de la Ucrania proxy.
Es decir, ese dinero, esos enormes recursos,
que podrían haberse destinado a la
industrialización de la Federación Rusa, a luchar contra la crisis demográfica, a
resolver los problemas de vivienda, a luchar contra la pobreza, todos ellos, ellos--
la guerra se los zampó.
Todos.
Bueno, ya entienden qué situación tan difícil, que ninguna--
sí, nos sacaron de su zona geopolítica de
influencia.
Y,
en el mar Negro, perdonen, prácticamente interrumpieron nuestra navegación.
Eh,
infligieron un trauma muy serio a las capas populares bajas.
Ahora bien, ¿recuerdan cómo algunos banderistas decían: «Tenemos que
lograr que, eh, al oír las palabras “podemos repetirlo”,
un ciudadano de Rusia se estremeciera y pensara: “De ningún modo,
Dios no lo quiera”». Bueno, el trauma fue infligido,
por eso, no agraven la situación.
Los barrios helados de Odesa y Járkiv no son el camino hacia la victoria, son
el camino hacia una derrota civilizatoria común,
por mucho que luego se presenten los resultados de esta guerra, los resultados de una posible
tregua.
¿Caerán en nuestras, en nuestras manos Sloviansk y Kramatorsk o no
caerán,
la complejidad y la crisis ya están garantizadas,
eh, eh, eh, entre comillas, en este período.
Y si, perdón, uno se deja lle-lleva-llevar demasiado por esta
estrategia, no tocamos a la cúpula del enemigo, pero-pero
castigamos a los de abajo, bueno, podemos recibir
ataques de represalia. Nosotros también tenemos muchos puntos vulnerables.
Y recuerden que si, por ejemplo,
muchas ciudades de la antigua URSS ya han pasado estos duros inviernos
con estas tiendas, puntos
de invencibilidad, de inquebrantabilidad, sí,
en condiciones en que los ascensores no funcionan, los baños no funcionan, para calentarse
hay que ir a los centros comerciales de allí, a esos puestos, pues nosotros
no tenemos esa experiencia en la Federación Rusa. ¿Lo recuerdan?
End of transcript · 606 words · machine translated
Original transcript (Russian)
В любом случае, э-э-э, развязка очень и очень близка. За четыре с половиной года экономика очень сильно подорвана, опустошена. Многие шансы были, помните, од-один шанс за другим добиться быстрой победы был упущен.
Он выпускался, вернее, один за другим. И хотя сейчас, э-э-э, собственно говоря, Украина находится в сложном положении, в крайне, но у нее есть внешняя подпитка. Тридцать семь миллиардов долларов она до конца года получит.
Вот считайте, за октябрь, ноябрь, декабрь. А Российская Федерация нет, она пока лишилась собственных валютных резервов, а своих налогов уже и не хватает поступлений. В любом случае, надо вот сейчас выходить из войны желательно с победой,
потому что-- а иначе, а иначе ну получишь ты развалины или там остатки Славянска, Краматорска, но ты воюешь-то не с Украиной, правда? Украина, только она убиться должна о Российскую Федерацию. Это инструмент в руках могущественного врага. Ты же воюешь вроде с Европой, с Западом.
А с точки зрения Европы да все нормально. Надо было поссорить великороссов и малороссов, так поссорили. Не допустили попадания самой развитой части процветающей богатой бывшей Украины, УССР, Украинской Советской Социалистической Республики
в состав Российской Федерации? Нет, не допустили. Там, где были вчера очень многие сохранившиеся предприятия, города, там руины теперь. Теперь это не источник силы, а, собственно говоря,
огромные затраты на восстановление. Вот. То есть мало не преодолели последствия развала Советского Союза, так закрепили их, получается. То есть с их точки зрения, с того, того самого Запада, с которым мы на самом деле воюем через эту
прокладку, через прокси Украину. То есть те деньги, которые огромные ресурсы, которые могли бы пойти на индустриализацию Российской Федерации, на борьбу с демографическим кризисом, на решение жилищных проблем, на борьбу с бедностью, они все, они--
война их сожрала. Все. Ну, сами понимаете, какое сложное положение, что никакие-- да, вывели нас из своей геополитической зоны влияния.
А, на Черном море, простите, практически судоходство наше пресекли. Э, очень серьезную травму нанесли народным низам. Теперь вот там, помните, как некоторые бандеры говорили: "Нам надо
добиться того, что, э-э-э, при слове можем повторить гражданин России содрогался и думал: ни в коем случае, не приведи Господь". Ну, травма нанесена, поэтому не усугубляйте положение. Мерзлые кварталы Одессы и Харькова - это не путь к победе, это
путь к цивилизационному общему поражению, как бы потом ни подавались итоги этой войны, итоги возможного перемирия. Попадет ли наш, в наши руки Славянск и Краматорск или не попадет,
уже сложность, уже кризис обеспеч-, э-э-э, в кавычках, в этом периоде. А если, простите, слишком ув-увле-увлечься вот этой стратегией, мы не трогаем верхушку противника, но-но наказываем низы, ну, можно схлопотать
ответные удары. У нас тоже очень много уязвимых мест. И помните, что если, например, многие города бывшего СССР уже перенесли вот эти зимние зимовки тяжелые, с этими палатками, пунктами несокрушимости, незламности, да,
в условиях того, что и лифты не работают, туалеты не работают, обогреваться приходится ходить там в торговые центры, в эти палатки, то у нас ведь такого опыта Российской Федерации нет. Помните об этом?
