english → Russian transcript

Относительно этого насилия, и нас сначала просят осудить насилие, я считаю, что возникает ощущение

лицемерия в этих вопросах, когда наши страдания не признаются.

И первое, чего от нас просят — осудить.

Как вы думаете, что Израиль собирался сделать, когда ХАМАС прорубает дыру в заборе, перелезает через него и убивает 1,300 человек?

Как вы считаете, что им следовало бы сделать?

Я считаю, что у них есть полное право вступить в бой с ХАМАСом, но я не думаю, что у них есть

право на то, чтобы 92% погибших были мирными жителями.

Если они сожгут младенца в кроватке, вы считаете это морально эквивалентным сопутствующей

смерти от бомбы, сброшенной как акт войны?

Они явно нацеливались на гражданские районы, которые были обозначены как гражданские.

У Израиля есть реестр каждого человека в Газе.

Если именно там прячется враг, имеют ли они право атаковать его?

Нет, у них нет права убивать.

Есть вещи, которые просто являются основами человеческой порядочности.

И когда я спрашиваю вас, осуждаете ли вы то, что произошло 7 октября, и вы отвечаете,

ну, нужно смотреть на это в контексте сотен лет конфликта, нет, не нужно.

Нет, не нужно.

Это либо правильно, либо неправильно, и это было неправильно, и мне не нужны 100 лет конфликта

чтобы знать, что это было неправильно.

Дело в том, что ХАМАС, да, действительно отнял жизни невинных людей.

Почему ХАМАС лишил невинных людей жизни?

Почему ХАМАСу предоставили платформу?

Почему ХАМАС финансировался?

Почему ХАМАСу позволено лишать жизни невинных людей?

Позвольте мне кое-что сказать.

Когда кто-то перелезает через забор, заходит в чей-то дом и сжигает чьего-то младенца

в его кроватке, мне плевать, почему они это сделали.

Это неправильно.

Я читал, что устав ХАМАСа направлен на уничтожение еврейской расы, начиная с

Израиля, но не ограничиваясь им, стирая их с лица земли.

Это правда?

Это правда, но на этом дело не заканчивается.

Теперь у нас проблема сторонников Палестины, которые фактически прикрывают ХАМАС.

Они являются участниками преступления.

Фактически, с 7 октября я лично не вижу разницы между ХАМАС

и так называемыми палестинцами, потому что на самом деле палестинцев не существует.

Есть племена.

Есть племя ХАМАС, есть племя Исламского Джихада, и есть...

Племя Халиля, есть племя Наблуса, и у каждого свои интересы,

и все они между собой в конфликте.

Если бы у них не было Израиля как общего врага, они бы убивали друг друга.

Такова реальность так называемой Палестины.

Вы на самом деле не знаете, что такое Палестина.

На самом деле кефия, которую вы носите, — это просто заявление, показывающее, что вы

действительно лишены подлинности, чтобы представлять это дело.

А то, что называют «делом», — это, понимаете, человеческая проблема.

Это дело должно умереть.

Думаю, хватит.

И теперь это доказано, и вы помогаете ХАМАСу доказать это миру, что Палестина зависит

от уничтожения государства Израиля.

Это неприемлемо, и мы не согласимся на это.

И я вам кое-что скажу: в ближайшие 10 или 20 лет палестинский народ будет

расплачиваться за те последствия, которые сегодня вызвал ХАМАС, и, скорее всего, кровью.

Для вас ХАМАС и палестинцы — одно и то же?

После 7 октября — да, никакой разницы.

Правда?

Подавляющее большинство палестинцев поддерживает ХАМАС.

Серьёзно?

Это факт.

Это подтверждается статистикой, и вы теперь молчите.

Вы даже не в состоянии осудить ХАМАС и сказать, что то, что они сделали 7 октября

было действием зверской группировки.

У вас нет на это полномочий.

Вы сказали, что я осудил вопрос.

На каком основании вы говорите?

Вы говорите только на основании пропаганды ХАМАС.

Нет, я… почему вы говорите, что я опираюсь на пропаганду ХАМАС?

Потому что если бы вы были порядочным человеком, вы могли бы сказать, что тысячи были убиты

7 октября.

Это было преступлением против человечности.

Это был геноцид.

Это было преступление.