Transcript · Russian → Italian
Media Critique in Conflict Reporting
A volte anche i canali occidentali, per capire il panorama informativo
che vi si crea e con cui nutrono
soprattutto il pubblico europeo.
Beh, non so, voi probabilmente li guardate.
Una vergogna
e un incubo! Stanno solo ingannando i loro cittadini.
Ecco, c'è stato
anche un nostro attacco in risposta, in risposta ai loro crimini nei
confronti dei bambini a Starobel'sk,
c'è stato il nostro attacco alla regione di Kiev.
E sul fatto che abbiamo colpito la regione di Kiev, dalla
mattina a tarda sera: il malvagio
aggressore di turno ha colpito di nuovo. Ecco
tali distruzioni, tali problemi.
Ma sapete,
voi,
rappresentanti dei mezzi d'informazione, dovreste vergognarvi dei
vostri colleghi. Nemmeno una parola, proprio
nessuna parola sulla tragedia a Starobel'sk, sul fatto che dei bambini
siano morti, che hanno ucciso deliberatamente i nostri bambini.
Nemmeno una parola, come se questo non esistesse.
Ma cos'è questo?
È un mezzo di informazione?
No, è un mezzo di inganno di massa.
E poi c'è il passo successivo. Poi mostrano i droni
con cui l'Ucraina sferra attacchi. Dicono: "Ecco,
dicono, usano i droni. Questo dimostra i successi
dell'esercito ucraino. E un drone costa tot".
Fanno subito intendere ai loro cittadini: bisogna
aprire il portafoglio, bisogna pagare.
Cos'è questo? Un mezzo di informazione? Ma no.
E
ora
torno a quanto ho già detto e a ciò che avete chiesto.
La situazione sul campo di battaglia si sta sviluppando in modo tale
da darci il diritto di dire che
la situazione si sta avviando alla conclusione.
End of transcript · 251 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Иногда и западные каналы, чтобы понять информационное поле, которое там складывается и которым кормят европейского прежде всего зрителя. Ну, не знаю, вы, наверное, посматриваете. Позор
и кошмар! Они просто обманывают своих граждан. Вот удар был тоже у нас в ответ наш, в ответ на их преступления в отношении детей в Старобельске был наш удар по Киевскому региону.
Вот о том, что мы ударили по Киевскому региону с утра до позднего вечера. Злобный такой-то агрессор опять ударил. Вот такие-то разрушения, такие-то проблемы. Но вы знаете,
вам, представителям средств массовой информации, должно быть стыдно за ваших коллег. Ни слова вообще, просто ни одного слова о трагедии в Старобельске, о том, что дети погибли, что целенаправленно убили наших детей.
Ни слова вообще, как будто этого не существует. Ну что это такое? Это средство массовой информации? Нет, это средство массового одурачивания. А дальше следующий шаг. Дальше показывают дроны,
которыми Украина наносит удары. Вот говорят: "Вот это, говорит, они применяют дроны. Это говорит об успехах украинской армии. А дрон стоит столько-то". Сразу намекают своим гражданам надо раскошелиться, надо заплатить.
Это что? Это средство массовой информации? Да нет. А теперь вернусь к тому, о чем я уже сказал, и что вы спросили. Ситуация на поле боя складывается таким образом, что это
дает нам право говорить о том, что ситуация близится к завершению.
