Transcript · German → Russian
Hitler's Last Days in Berlin
Противнику удалось прорвать фронт широким фронтом.
На юге противник взял Цоссен и наступает на Штансдорф.
На юге противник взял Цоссен и наступает на Штансдорф.
Противник действует сейчас на северной окраине города между Фронау и Панковом
а на востоке противник дошёл до линии Лихтенберг, Мальсдорф, Карлсхорст.
gelangt.
С атакой Штайнера всё придёт в порядок.
Мой фюрер.
Штайнер…
Штайнер не смог сосредоточить достаточно сил для атаки.
Атака Штайнера не состоялась.
Остаются в помещении Кейтель, Йодль,
Кребс
и Бодтман.
Это был приказ. Атака Штайнера была
приказом. Кто вы такие, что осмеливаетесь
не подчиняться моим приказам?
До чего дошло?
Меня жестоко обманули. Все мне лгали, даже
СС.
Весь генералитет — не более чем кучка
подлых, неверных трусов.
Мой фюрер, я не могу допустить, чтобы солдаты, истекающие за вас кровью—
Сплошь трусы, предатели, неудачники.
Мой фюрер, то, что вы говорите, чудовищно.
Генералитет — отбросы немецкого народа.
У него нет чести.
Они называют себя генералами, потому что годы провели в военных академиях,
лишь чтобы научиться, как лучше держать крошку.
Годами военные лишь мешали моим действиям.
Они каждое утро вставляли мне палки в колёса. Они
оказывали сопротивление.
И правильно делали.
И потому позволить ликвидировать всех высших офицеров как
Сталин.
Я никогда не учился в академии.
И всё же я один, предоставленный самому себе,
завоевал Царенруппер.
Предатели.
С самого начала меня ведь предавали и обманывали.
betrogen worden.
Совершено чудовищное предательство против немецкого
народа.
Но все эти предатели заплатят.
Они заплатят собственной кровью.
Они захлебнутся в собственной крови.
Прошу, Герда, успокойся же.
Мои приказы — слова, брошенные на ветер.
Невозможно руководить в таких
условиях.
Всё кончено.
Война проиграна.
Но если вы, господа, полагаете, что поэтому я покину Берлин,
вы глубоко заблуждаетесь. Лучше я пущу себе пулю в
голову.
Делайте, что
хотите.
End of transcript · 279 words · machine translated
Original transcript (German)
Es ist dem Feind gelungen, die Front in breiter Formation zu durchbrechen. Im Süden hat der Gegner Zossen genommen und stößt auf Stahnsdorf vor. Der Feind operiert jetzt am nördlichen Stadtrand zwischen Frohnau und Pankow und im Osten ist der Feind bis zur Linie Lichtenberg, Mahlsdorf, Karlshorst
gelangt. Mit dem Angriff Steiners wird das alles in Ordnung kommen. Mein Führer. Steiner... Steiner konnte nicht genügend Kräfte für einen Angriff massieren.
Der Angriff Steiner ist nicht erfolgt. Es bleiben im Raum Keitel, Jodl, Krebs und Bodtmann. Das war ein Befehl. Der Angriff Steiners war
ein Befehl. Wer sind Sie, dass Sie es wagen, sich meinen Befehlen zu versetzen? Auf was ist das angekommen? Da bin ich derbe belogen. Jeder hat mich belogen, sogar die SS.
Die gesamte Generalität ist nicht weiter als ein Haufen niederdräckiger, treuloser Feiglinge. Mein Führer, ich kann nicht zulassen, dass Sie Soldaten, die für Sie verbluten- Nichts als Feiglinge, Verräter, Versager. Mein Führer, was Sie da sagen, ist ungeheuerlich.
Die Generalität ist das Geschmeiß des deutschen Volkes. Sie ist ohne Ehre. Sie nennen sich Generale, weil sie Jahre auf Militärakademien zugebracht haben, nur um zu lernen, wie man besser einen Krümel hält. Jahrelang hat das Militär meine Aktionen nur
behindert. Es hat mich jeden Morgen mit dem Widerstand in den Weg gelehnt. Es hat gut daran getan. Und daher allen höheren Offiziere liquidieren zu lassen wie Stalin.
Ich war nie auf einer Akademie. Und doch habe ich allein, allein auf mich gestellt, den Zarenrupper erobert. Verräter. Von allem Anfang an bin ich doch verraten und
betrogen worden. Es wurde ein ungeheurer Verrat geübt am deutschen Volke. Aber alle diese Verräter werden bezahlen. Mit ihrem eigenen Blut werden sie bezahlen.
Sie werden ersaufen in ihrem eigenen Blut. Bitte, Gerda, jetzt beruhig dich doch. Meine Befehle sind in den Wind gesprochen. Es ist unmöglich, unter diesen Umständen zu führen.
Es ist aus. Der Krieg ist verloren. Aber wenn Sie, meine Herren, glauben, dass ich deshalb Berlin verlasse, irren Sie sich gewaltig. Eher jage ich mir eine Kugel durch den Kopf.
Tun Sie, was Sie wollen.
