Transcript · Russian → German
Reflections on Silence and Chaos
Stille, der Wind weht.
Menschen sind in Sichtweite einfach nicht zu sehen.
Heute ist der 27., irgendwie will ich immer
September schreiben, aber es ist August.
Erinnert ihr euch an den Film
„Indiana Jones“,
als er in Arizona
in so eine Stadt
voller Schaufensterpuppen geriet?
Niemand war da, Autos stehen, Häuser stehen,
und er begreift, dass er,
äh, auf einem Testgelände
für Atomwaffen ist. Er kroch in den Kühlschrank und überlebte,
kurz gesagt. Ich fühle mich wie dieser
Indiana Jones,
der auf dem Testgelände gelandet ist,
weil es so still ist,
obwohl Strom da ist,
keine Musik,
keinerlei Lebenszeichen, kein Autoverkehr,
gar nichts.
Aber letzte Nacht war die absolute
Hölle, das muss ich sagen.
Ich habe im Winter drei Monate auf Fiolent gelebt,
ich war an der Südküste der Krim bei
den Einschlägen auf
Kraftwerke,
aber gestern
habe ich hier gehört und sogar
ein völlig surreales Bild gesehen.
Und man denkt sich:
Scheiße, passiert das wirklich alles?
Wirklich.
Aber
wir sind so voneinander isoliert,
es ist uns so scheißegal, was
passiert,
solange es nur Internet und Strom gibt.
Juckt uns 'nen Scheiß, dass nebenan was brennt.
Gestern brannte die Steppe,
da brannte noch so einiges.
Man hörte die Geräusche
von all diesen fliegenden
Flugzeugdrohnen, Schüsse,
vollkommener Surrealismus,
das Gefühl, man sei
im Zweiten Weltkrieg gelandet.
Und es ist allen scheißegal, wirklich.
Allen.
Niemand rannte los, um die Steppe zu löschen,
niemand
hat irgendwem geholfen
oder sich gekümmert. Alle saßen zu Hause,
starrten aufs Handy, schauten Filme, haben vielleicht
Musik gehört
oder friedlich geschlafen.
Nur besonders ängstliche Frauen.
End of transcript · 257 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Тишина, дует ветер. Людей в прямой видимости просто не увидеть. Сегодня двадцать седьмое, почему-то всегда хочется написать сентября, но августа. Помните фильм
"Индиана Джонс", когда он в Аризоне попал в такой город из манекенов? Никого не было, машины стоят, дома стоят
и понимает, что он, э, на полигоне для испытания ядерного оружия. Забрался в холодильник и выжил, короче. Вот я себя чувствую тем самым Индианом Джонсом,
который оказался на полигоне, потому что такая тишина, несмотря на то, что есть электричество, ни музыки, ни звуков жизни какой-то, ни движения тачек,
ничего нету. А вчера ночью был натуральный пиздец, я хочу сказать. Я жил на Фиоленте зимой три месяца, я был на ЮБК в моменты
прилетов по электростанциям, но вчера я здесь слышал и даже видел просто сюрреалистичную картину.
И вот кажется, бля, неужели на самом деле все это происходит? На самом деле. Но мы настолько разобщены,
настолько нам по хую на то, что происходит, что лишь бы был интернет и свет. Нас не ебет, что рядом горит что-то. Горела вчера степь,
горело там еще кое-что. Были слышны звуки летающих вот этих дронов-самолетов, стрельба, полный сюрреализм,
ощущение того, что попал во Вторую мировую войну. И всем по хую, на самом деле. Всем. Никто не ринулся тушить эту степь,
никто никому не помогал и не занимался. Все дома сидели, смотрели телефончик, кинчик, музычку, может, слушали,
либо мирно спали. Только особо мнительные женщины.
