Transcript · Russian → Spanish
Return to War-Torn Village
Studenok,
hemos vuelto.
Sí, muchas casas ya no existen.
Ah, las casas que quedaron, por dentro ya no tienen nada.
Primero, el ocupante lo saqueó todo, luego, ah,
la gente que esperaba el mundo ruso,
teniendo privilegios por ayudar al ocupante,
entraban en esas—
en esas casas y terminaban de saquearlas. Pero el tiempo pondrá todo en su lugar.
Ahora las autoridades limpiarán esta región, ah, identificarán a todos los
colaboradores, y luego los lugareños vendrán y
ajustarán cuentas
con quienes esperaban ese mundo ruso
y encontrarán sus propias cosas en sus casas.
Bajaron a las abuelas. Quizá recuerden, sí,
vinimos a Studenok, a ver a Matvéievna.
Ella estaba aquí junto a este poste y decía que ya no iría a ninguna parte,
que no se iría a ningún lado. Intentamos encontrarla.
Queridos míos, lo recuerdo todo, cómo me persuadían.
Sí que pasó.
Sí que pasó. Nos agarrábamos a la mesa.
Ni siquiera he visto Zaréchye. Aquí cumplí
ochenta y tres. Y estos chicos nuestros
me felicitaron. Me trajeron
comida para llevar.
¡Oh!
¡Genial!
Vean cómo
nuestra querida Matvéyevna salió entera,
sanita.
¿Cuándo cayó esto?
El doce de mayo.
De mayo.
El doce de mayo. Estábamos en el sótano.
Sí, solo íbamos al sótano.
Aquí,
al parecer, también vivían
los ocupantes.
Lo noto por el olor a mierda de alrededor.
Hacían parrilladas,
barbacoa y cosas así,
y, claro, alcohol de élite.
Oh,
aquí los chicos juntaron todo lo saqueado.
Aquí tienen.
Ah, esto también.
Eso es.
Por favor, siguiendo las mejores tradiciones.
Un buriato también quería llevarse estas zapatillas
a su tierra. Aquí hay una tele de plasma. Vean,
al parecer, tenían tanta prisa, que no lograron llevarse todo esto,
sacarlo consigo.
Mira, Katyusha.
Qué desastre dejaron.
el ocupante. Y qué limpio estaba todo. Sí, cuándo… Ah, aquí están.
¡Oh, aquí se lo llevaron todo!
No está el panel del vodka.
Joder, se lo llevaron todo.
Y aquí está el arte popular ruso, por favor.
Con amor desde Rusia.
Ajá,
aquí hay más.
Viven bastante bien. No ocupar el lugar de Iván.
No despiertes al que duerme.
Sí,
el mundo ruso en todo su esplendor.
¡Puaj, qué asco! Por alguna razón tengo ganas de
lavarme después de ver esto. Se lo digo sinceramente.
¡Puaj! Los testigos cuentan
que por las calles del pueblo,
el ocupante ruso andaba en bicicleta y
caminaba
con ropa ajena, incluso femenina.
Ese era su fetiche puramente masculino.
Bueno, Serguéievich, ¿después de cuánto tiempo?
Cuatro.
Cuatro, cuatro o cinco meses, al final volvimos
a este lugar.
Para la abuela Zina.
Abuela Zina, pronto la traeremos aquí también.
Todo se reconstruirá, todo será aún mejor que antes.
End of transcript · 440 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Студенок, мы вернулись. Да, многих домов уже нет. А-а, те дома, которые остались, там уже внутри ничего нет. Сначала оккупант все разграбил, потом, а-а,
люди, которые ждали русский мир, имея привилегии за то, что они помогали оккупанту, заходили в это-- в эти дома и доворовали. Но время расставит все на свои места. Сейчас органы почистят этот регион, а-а, выявят всех
коллаборантов, а потом местные приедут и уже будут разбираться с теми, которые ждали этот русский мир, и находить в их домах свои же вещи. Бабушек выгрузили. Может быть, вы помните, да,
мы приезжали в Студенок к Матвеевне. Она здесь стояла возле этого столба и рассказывала, что никуда уже не пойдет, никуда не поедет. Пытаемся ее найти. Родные мои, я все помню, как вы меня уговаривали. Было дело.
Было дело. За стол держались. Я не видела ни заречье. Вот исполнилось мне восемьдесят три. И наши вот эти хлопцы меня поздравили. Принесли мне тормозок.
О! Класс! Вы видите, как выжила целая, целешенька Матвеевна наша родненькая.
Это когда прилет был? Двенадцатого мая. Мая. Двенадцатого мая. Сидели в погребе. Да, только в погреб и шли.
Вот здесь вот, судя по всему, и обитали оккупанты. Чувствую по запаху говна вокруг. Шаковали,
шашлык-машлык, ну и, конечно, алкоголь, элитка. О, тут ребята собирали все награбленное. Вот вам, пожалуйста.
А, тоже. Вот. Пожалуйста, в лучших традициях. Кроссовочки тоже какой-то бурят хотел себе забрать на родину. Вот плазма. Вы видите,
видимо, так быстро собирались, что не успели все это увезти, вывезти с собой. Вот, Катюш. Какой бардак оставил оккупант. А как все было чистенько. Да, когда-- а, вот они.
О, тут вообще все вынесли, а! Водочной панели нет. Охренеть, все повыносили. А вот оно русское народное творчество, пожалуйста. С любовью из России.
Угу, вот еще. Неплохо живете. Не занимать место Ивана. Не буди спящего. Да,
русский мир во всей красе. Фу, э, мерзко как, а! Почему-то хочется помыться после увиденного. Вот честно вам скажу. Фу! Очевидцы рассказывают, а-а, что по улицам села,
э, русский оккупант катался на велосипедах и ходили в чужой одежде, причем даже в женской. Такой вот у них был чисто мужской фетиш. Ну что, Сергеевич, спустя сколько?
Четыре. Четыре, четыре-пять месяцев мы вернулись все-таки на это место. Бабушке Зине. Баб Зин, скоро и вас привезем сюда.
Все отстроится, все будет еще лучше, чем было прежде.
