english → Russian transcript

Существует утверждение, которое произносят люди, напавшие на Париж, на Лондон,

в нескольких европейских городах, в Нью-Йорке и в Израиле,

и всегда говорят.

У них всегда есть какая‑то вариация этой фразы: «Мы любим смерть больше, чем вы любите жизнь».

Хасан Насралла многократно говорил: проблема с евреями в том, что они любят

жизнь, и в этом их слабость.

И джихадисты всегда говорят это о Западе в целом: они утверждают, что мы просто

люди, которые любят жизнь.

И я годами думал: что делать перед лицом такой ненависти?

Что делать перед лицом чего-то настолько злого?

И я понял, и в конце этой книги я сказал, что есть ответ.

И, по моим наблюдениям, народ Израиля дал этот ответ.

Во-первых, конечно, вы убеждаетесь, что если людям вроде Хасана Насраллы так сильно нравится смерть,

пусть получат её.

Но второе, возможно, гораздо важнее — просто повернуться

к культу смерти, к людям, которые поддерживают такие группы, как ХАМАС, и так далее, и сказать им,

знаете что, ладно, мы любим жизнь.

И это не наша слабость.

Это наша величайшая сила; она была таковой на протяжении тысяч лет и будет

ещё тысячи лет.

И когда такие, как ХАМАС, Хезболла и Исламский джихад, пойдут тем же путём, что и

фараон, еврейский народ всё ещё будет здесь, чтобы сказать: «Я не умру, но буду жить».