Transcript · Russian → French
Critique of Russian Imperialism and Consequences
Quelques raisons pour lesquelles, en tant que Russe, je n'ai absolument
pas besoin de territoires étrangers.
Je trouve d'ailleurs absurde qu'un pays couvrant un huitième des terres,
où la moitié
des régions rêve encore de vrai asphalte et de toilettes chauffées,
s'acharne avec une obsession maniaque à vouloir coloniser le jardin des autres.
L'ivresse impérialiste n'est pas simplement un crime,
mais un suicide absolu pour
nous-mêmes. Nous avons 11 fuseaux horaires,
des villages
abandonnés, des villes mono-industrielles à l'agonie, des hôpitaux régionaux
où le plâtre tombe
sur la tête des patients et un éternel bourbier printanier en guise de routes.
La Sibérie brûle, l'Extrême-Orient se dépeuple.
Mais au lieu d'investir des milliers de milliards dans notre propre
vie, nous dilapidons
la richesse nationale à réduire des villes étrangères florissantes en
ruines, pour ensuite nous vanter fièrement de
la reconstruction à nos propres frais.
Chaque kilomètre de terre étrangère volé me sort littéralement l'argent de ma
poche. Que nous coûte cette idée délirante
de grandeur ?
Une flambée des prix des produits de base, une santé publique détruite,
coupée des technologies de pointe et de vrais médicaments, des hôpitaux fermés,
un statut honteux d'État paria et l'isolement de l'ensemble du monde
civilisé. Et le pire, ce n'est même pas l'argent.
Ce sont des montagnes de cadavres, des vies brisées et un gouffre
démographique catastrophique d'où le pays mettra des siècles à sortir.
Pour assouvir des fantasmes géopolitiques malades, un peuple voisin est anéanti et
notre propre jeunesse est broyée comme de la chair à canon.
Ce n'est pas de la grandeur, c'est une tragédie nationale et une honte
que nous devrons
laver pendant des générations. On ne peut pas s'emparer des terres d'autrui,
sans transformer
son propre foyer en camp de concentration. Toute cette agression extérieure se traduit inévitablement
par des peines folles pour de simples mots, des dénonciations, la censure et la peur.
Un État en guerre contre ses voisins détruit en premier lieu la liberté
de ses propres citoyens. La grandeur d'un pays se mesure au niveau de vie
des gens,
à une économie forte, la science et la sécurité, et non à la quantité
de sang versé et aux ruines conquises.
Les Russes assoiffés de vengeance pour des buts inventés et
grisés par la propagande sont
complices de tous les meurtres, violences et crimes de guerre de notre
lamentable État baignant dans le sang.
End of transcript · 398 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Несколько причин, почему мне как россиянке совершенно не нужны чужие территории. Мне вообще кажется абсурдным, что страна с одной восьмой частью суши, где половина регионов до сих пор мечтает о нормальном асфальте и теплом туалете,
с маниакальным упорством лезет осваивать чужие огороды. Имперский угар - это не просто преступление, а абсолютное самоубийство для нас самих. У нас одиннадцать часовых поясов, заброшенные
деревни, вымирающие моногорода, больницы в регионах, где штукатурка сыпется на голову пациентам, и вечная весенняя распутица вместо дорог. Сибирь горит, Дальний Восток пустеет. Но вместо того, чтобы вкладывать триллионы в собственную
жизнь, мы спускаем национальное богатство на то, чтобы превратить цветущие чужие города в руины, а потом гордо отчитываемся о восстановлении за наш же счет. Каждый украденный километр чужой земли буквально вытаскивает деньги из моего
кармана. Во что нам обходится эта бредовая идея величия? В бешеный рост цен на элементарные продукты, в убитую медицину, отрезанную от передовых технологий и нормальных лекарств, в закрытые больницы, позорный статус страны-изгоя и изоляцию от всего цивилизованного
мира. И самое страшное - это даже не деньги. Это горы трупов, искалеченные судьбы и катастрофическая демографическая яма, из которой страна не выберется столетиями. Ради чьих-то больных геополитических фантазий уничтожается соседний народ и переламывается в фарш собственное молодое поколение.
Это не величие, это национальная трагедия и позор, который нам придется отмывать поколениями. Чужие территории нельзя захватить, не превратив собственный дом в концлагерь. Вся эта внешняя агрессия неизбежно
обворачивается дикими сроками за слова, доносами, цензурой и страхом. Государство, воюющее с соседями, в первую очередь уничтожает свободу собственных граждан. Величие страны измеряется уровнем жизни людей, сильной экономикой, наукой и безопасностью, а не количеством
пролитой крови и захваченными руинами. Россияне, жаждущие мести за придуманные цели и пропагандистский угар, - соучастники всех убийств, насилия и военных преступлений нашего никчемного государства, погрязшего в крови.
