Transcript · Russian → English
Military Captivity and Conditions in War
Come on, come on!
Hold onto each other and let's go.
Come on, hold on and move slowly.
Keep moving, keep moving.
Count off in numerical order.
One.
Two.
Three.
Four.
Five.
Six.
27.
28.
29.
30.
51.
52.
53.
54.
77.
78.
79.
80.
81.
82.
83, 84.
85.
86.
88.
89.
90.
91.
92.
93.
94. Count-off complete.
Fiksa!
Here!
Step out of formation to address me.
Yes, sir.
I, Captain Third Rank Aleksandr Mamontov
Gennadyevich, have the Army rank
of major, a serviceman of the third motorized rifle
battalion.
I'm appealing to our command regarding our surrender.
We surrendered to the Third Army Corps because we didn't
want to die in vain.
Our officers just ran off and abandoned us.
They turned off the radio and said, “Take up all-round defense,
hold out.” That was it, the radio was off.
We had no water at our positions, so we had to drink from puddles.
We had to drink our own urine.
One of us fucking died there from dehydration, for fuck's sake.
His body was dehydrated, fuck.
We had no food, so we had to eat tree bark and
grass.
We ate nettles,
meaning we made nettle broth on a burner.
We were starving there for a fucking month and a half.
This is the first time I've eaten properly. I mean, in captivity.
We had no medicine to provide aid to our wounded servicemen.
Three wounded men died because there were no medications.
They were not evacuated.
Was there an opportunity to get out?
There was,
but they were not allowed to.
Upon surrendering, servicemen of the Third Assault
Army Corps provided full and quality care
to the wounded servicemen.
They removed shrapnel from my head, removed shrapnel
from my side. Nobody, well, obody pressured me at all.
It was basically bed rest.
Our command simply forgot about us.
We were expendable material to them, so the decision was made
to surrender. I want to address the servicemen of the
Russian
Federation. Do not be afraid to surrender.
The propaganda being spread among us is nothing but
lies. Here, you are guaranteed food, water,
proper meals, and decent conditions of detention.
And what we were told is complete bullshit.
About how prisoners are treated, how they're beaten, castrated.
About construction foam and so on, and the like.
As you can see, everything is fine.
And what they say there, is untrue.
They're normal people and understand everything.
Do you agree with me, comrades?
Yes, sir!
All right, men, relax, take your seats. Get started.
Yes, sir.
See how great it is that there are so fucking many of them. That's very good.
There'll be a good pool for prisoner exchanges,
You know what I like most?
That they now have awareness, because they've been on both sides.
On that side, where they saw the horrors of war caused by their
command.
And now here they've seen that they're treated as they should be.
They're given everything: help, this, that, and all sorts of things.
That's it. And now they'll keep pushing this information to the masses
even further.
This will also have a positive impact on our war, in its own way.
Ten, follow me.
Two, provide cover.
Climb in.
Help your buddy, for fuck's sake, you're the Russian army, you don't leave your own behind.
Get up.
End of transcript · 564 words · machine translated
Original transcript (Russian)
Давай, давай! Тянемся друг дружку и пошли. Давай, цепляемся и идем потихоньку. Проходим, проходим. По порядку номеров рассчитайся.
Первый. Второй. Третий. Четвертый. Пятый.
Шестой. Двадцать седьмой. Двадцать восемь. Двадцать девять. Тридцать.
Пятьдесят один. Пятьдесят два. Пятьдесят три. Пятьдесят четыре. Семьдесят семь.
Семьдесят восемь. Семьдесят девять. Восемьдесят. Восемьдесят один. Восемьдесят два.
Восемьдесят три, восемьдесят четыре. Восемьдесят пять. Восемьдесят шесть. Восемьдесят восемь. Восемьдесят девять.
Девяносто. Девяносто один. Девяносто два. Девяносто три. Девяносто четыре. Расчет закончен.
Фикса! Я. Для обращения выйти из строя. Есть. Я, капитан третьего ранга Мамонтов Александр
Геннадьевич, сухопутное звание майор, военнослужащий третьего мотострелкового батальона. Обращаюсь к нашему командованию по поводу нашей сдачи в плен. Мы сдались в плен третьему армейскому корпусу ввиду того, что мы не
хотели умирать напрасно. Нас вообще офицеры убежали. Выключили радейку, сказали: занимайте круговую оборону, держитесь. Все, рация выключена. На позициях у нас не было воды, нам приходилось пить воду из луж.
Нам приходилось пить собственную мочу. У нас там один умер, блять, от того, что обезвоживание, еб твою, организма, блять. У нас не было еды, нам приходилось есть кору с деревьев и траву.
Ели мы крапиву, то есть на горелке крапиву делали с бульончиком. Голодовали, там сидели, блять, полтора месяца. Я здесь первый раз пожрал нормально. В плену, я имею в виду. У нас не было медикаментов для оказания помощи своим раненым военнослужащим.
Три человека трехсотых умерло из-за того, что не было медикаментов, их не откатили. А возможность была выйти? Была выйти, но им не дали.
При сдаче в плен военнослужащие третьего штурмового армейского корпуса оказали полноценную и качественную помощь раненым военнослужащим. Мне осколок вынули из головы, осколок вынули сбоку. Никто, ну, то есть не напрягал вообще ничего.
То есть постельный режим такая. Наше командование просто про нас забыло. Мы являлись для него расходным материалом, поэтому было принято решение сдаться в плен. Хочу обратиться к военнослужащим Российской
Федерации. Не бойтесь сдаваться в плен. Та пропаганда, которая ведется среди нас, это чистой воды ложь. Здесь вам гарантированы еда, вода, нормальное питание и нормальные условия содержания. И то, что нам рассказывали, это полная фигня просто.
Про то, что как в плену обращаются, как бьют, кастрируют. Там пена монтажная и так далее, и тому подобное. Как видите, все нормально. И то, что там рассказывают, то есть неправда. Они нормальные люди и все понимают.
Вы согласны со мной, товарищи? Так точно! Так, мужчины, отдыхаем, рассаживаемся, приступить. Так точно. Бачиш, як класно, оце що їх дохуя. Це дуже добре.
Хороший обмінний фонд буде в першу чергу. Знаєш, що мені найбільше подобається? Що тепер у них є усвідомленість, бо вони побували на двох сторонах. На тій стороні, де вони побачили ужаси війни їхнього командування.
І тепер тут вони побачили те, що до них відносяться так, як потрібно. Надають їм все: допомогу, то, се, п'яте, десяте. Ну і все. І тепер вони цю інформацію будуть у маси толкать дальше. Це теж по своєму позитивно скажеться на нашій війні.
Десятка за мной. Двойка на сопровождение. Залазите. Помогай же ж кенту, блять, вы русская армия, своих не бросаем. Вставайте.
