Reflections on Georgian-Russian Relations
Я выхожу из Национального музея Грузии, и я в полном шоке, я думала, что грузины ненавидят русских, потому что русские напали на Украину, но я многого не знала из истории.
Оказывается, еще с 1918 года Россия оккупировала Грузию, были убиты тысячи грузинов под руководством Сталина, подавлялась Грузия, хотели сделать ее, соответственно, Россией, хотели вообще даже национальный язык сделать русский.
И только когда сто тысяч человек вышли на протесты, удалось сохранить национальный язык грузинский.
И хотя, как я поняла, Сталин был грузином по национальности, ой, или Ленин, или Сталин, короче, Ленин, по-моему, Ленин.
И это все продолжалось, получается, с 1918, и даже в 2008 году была русско-грузинская война.
То есть, я ещё в школе училась, ну, то есть, как бы, теперь мне всё понятно.
Теперь мне понятно, почему, когда я спросила, сколько стоит кучок петрушки на базаре на русском языке у бабушки,
она мне сказала 50 лари. 50 лари, я думаю, где-то 20 долларов.
Я сразу отлетела метров на 10 в ту же секунду оттуда.
Но я тогда не знала, почему, но я чувствовала вот эту вот, ну, какую-то лютую ненависть ко мне,
потому что я на русском заговорила с ней.
И теперь я говорю только на английском.
Ну, кстати, на английском тут английский знают, даже старшее поколение базу знает, в принципе, такую, самую-самую базу.
И, ну, молодёжь вообще нормально говорит.
Теперь только английский язык.
Ну, как объяснить, конечно, что не все русские такие.
Я вот, например, уехала ещё 8 лет назад.
из России, там я никогда себе не чувствовала, что это моё место.
Я даже до сих пор не знаю, где моё место.
Потому что в Америке я тоже не чувствую, что это прям уж совсем такое моё место.
Это как перевалочный пункт, такое подобие моего места,
но мне кажется, что я так и не нашла его пока.
Вот.
End of transcript · 304 words