Soldier's Account of Captivity and Conditions

Давай цепляемся и дам потихоньку.

Проходим, проходим.

По порядку номеров расчитайся.

Первый.

Второй.

Третий.

Четвертый.

Пятый.

Шестой.

Двадцать седьмой.

Двадцать восемь.

Двадцать девять.

Тридцать.

Пятьдесят один.

Пятьдесят два.

Пятьдесят три.

Пятьдесят четыре.

Семьдесят семь.

Семьдесят восемь.

Семьдесят девять.

Восемьдесят.

Восемьдесят один.

Восемьдесят два.

Восемьдесят три, восемьдесят четыре.

Восемьдесят пять.

Восемьдесят шесть.

Восемьдесят восемь.

Восемьдесят девять.

Девяносто.

Девяносто один.

Девяносто два.

Девяносто три.

Девяносто четыре. Расчет закончен.

Фикса!

Я.

Для обращения выйти из строя.

Есть.

Я, капитан третьего ранга Мамонтов Александр

Геннадьевич, сухопутное

звание майор, военнослужащий третьего стрелкового

батальона.

Обращаюсь к нашему командованию по поводу нашей сдачи в плен.

Мы сдались в плен третьему армейскому корпусу ввиду того, что мы не

хотели умирать напрасно.

У нас вообще офицеры убежали.

Выключили радейку, сказали: занимайте круговую оборону,

держитесь. Все. Рация выключена.

На позициях у нас не было воды, нам приходилось пить воду из

луж. Нам приходилось пить собственную мочу.

У нас там один умер, блять, от того, что обезвоживание, еб

твою, организма, блять.

У нас не было еды, нам приходилось есть кору с деревьев и

траву.

Ели мы крапиву,

то есть на горелке крапиву делали с бульончиком.

Голодовали, там сидели, блять, полтора месяца.

Я здесь первый раз пожрал нормально, в плену я имею в виду.

У нас не было медикаментов для оказания помощи своим раненым военнослужащим.

Три человека трехсотых умерло из-за того, что не было

медикаментов,

их не откатили.

А возможность была выйти?

Была выйти,

но им не дали.

При сдаче в плен военнослужащие третьего штурмового

армейского корпуса оказали полноценную и качественную

помощь раненым военнослужащим.

Мне осколок вынули из головы, осколок вынули

сбоку. Никто, ну, то есть не напрягал вообще ничего.

То есть постельный режим такая.

Наше командование просто про нас забыло.

Мы являлись для него расходным материалом, поэтому было принято

решение сдаться в плен. Хочу обратиться к военнослужащим

Российской

Федерации. Не бойтесь сдаваться в плен.

Та пропаганда, которая ведется среди нас, это чистой воды

ложь. Здесь вам гарантированы еда, вода,

нормальное питание и нормальные условия содержания.

И то, что нам рассказывали, это полная фигня просто.

Про то, что как к плену обращаются, как бьют, кастрируют.

Там пена монтажная и так далее, и тому подобное.

Как видите, все нормально.

И то, что там рассказывают, что неправда, они

нормальные люди и все понимают.

Вы согласны со мной, товарищи?

Так точно!

Так, мужчины, отдыхаем. Рассаживаемся. Приступить.

Так точно.

Бачиш, як класно це, що їх дохуя. Це дуже добре.

Хороший обмінний фонд буде в першу чергу.

Знаєш, що мені найбільше подобається?

Що тепер у них є осведомленность, бо вони побували на двох сторонах:

на тій стороні, де вони побачили ужаси війни їхнього

командування, і тепер

тут вони побачили те, що до них відносяться так, як потрібно.

Надають їм все: допомогу, то, се, п'яте, десяте.

Ну і все. І тепер вони цю інформацію будуть у маси

толкать дальше.

Це теж по своєму позитивно скажеться на нашій війні.

Так, а что же мы не дружим? Десятка за

мной.

Двойка на сопровождение.

Залазите.

Помогай же с хенту, блять, вы русская армия, своих не бросаем.

Вставай.