Protests Against Violence and Oppression
Молчать. Как молчать, когда наших детей бьют?
Как молчать, когда их убивают, когда они не
понимают, что они пришли сюда, где им
нельзя быть.
Здесь такие, как они, погибали.
Все три дня я была:
третьего, четвертого, пятого. Мы
сегодня
видим вот это все и понимаем, что
это зло, это фашизм, это нельзя терпеть.
Не слушают нас, как роботы, ничего не
слышат. Это тоже наши дети, это тоже
наши
люди. Я не понимаю, почему они
идут на это.
Как?
Я не понимаю.
Приказ-- у меня тоже приказ. Я не выполняю
приказов вражеских, я не убиваю людей.
Я живу плохо, у меня все отняли, но
я никого не убиваю, не обижаю, я никого
дубинками не бью, понимаете? Я
понимаю, откуда идет. Я знаю, кто делает.
Я все понимаю. Я знаю, что мне не под силу.
Но знать-то надо хотя бы. Ну, хотя бы совесть должна у них
быть. Сегодняшний день
нельзя омрачать такое. Смотрите, сколько портретов там.
И все это на наших глазах было. Тридцать три
года, как один день всего. И все это было вчера,
и ничего с этим не можем сделать.
Они каждый день нам пишут законы, антинародные
законы. Каждый день мы виноваты, каждый день с нас
налоги, каждый день наши пенсии, каждый день судебные
приставы, каждый день издеваются над нами как хотят.
Ну, сколько вы хотите это еще продолжать?
Вам не хочется, чтобы мы жили. А вы сделайте мужской
поступок. Вот ваши вот
солдаты говорят, что уйдите с дороги,
а я им говорю: а скажите открыто людям, чтобы уходили
отсюда, а не уйдите с дороги. И точно так же говорю
вам, которые за счет моей страны
стали олигархами. По пять яхт имеете,
все у вас там и ничего здесь. И хочу вам
сказать, скажите народу, что мы лишние.
Вы уже сказали. И скажите народу: идите, встаньте в
очередь, мы будем вас истреблять.
Этот народ пойдет, я вам слово даю.
Если они вакцинировались в сортирах, если они на
пеньках голосовали, если они
выгоняли с
избирательных участков наблюдателей, они все
сделают, этот народ. Руками этого народа вы всего добьетесь.
Так что победа будет за вами.
Ра-ра!
End of transcript · 347 words